Океан кипел, вздымаясь исполинскими валами, словно сам мир содрогался в предчувствии бури. И среди этого хаоса стихий, словно щепка, брошенная в жерло бездны, отчаянно карабкался по волнам маленький кораблик — его паруса трещали, мачта гнулась, но он упрямо шёл вперёд, бросая вызов самой пучине.
А за его кормой, из чёрных глубин, медленно поднималась она — голова огромного дракона. Чешуя, покрытая водорослями и пеной, блестела в тусклом свете, глаза горели древним огнём, а пасть раскрывалась всё шире и шире, обнажая ряды клыков, способных перекусить целый флот. Вода стекала с его морды водопадами, и сам воздух задрожал от низкого, утробного рёва, что заглушал гром небес.
И в этот миг — крошечный кораблик, песчинка против божества, и распахнутая пасть, готовая поглотить всё живое. Казалось, сама судьба замерла, глядя на эту схватку: отвага и ничтожество против первобытной мощи, где волны — лишь игрушки, а люди — лишь искры в океане.