ГОЛОС/VOICE. Библиотека русской поэзии

Валентин Акимович Ярыгин (1920–1970). Русские поэты. Саратов Читаю: – стихи русских поэтов, – стихи из своих книг, – сказки; – пою свои песни. *** Уходят рельсы в злую даль. Холодный хмурый блеск. И, кажется, я на года В тоску железа влез. И, кажется, мне не уйти! Скрипит угрозой сталь. Тяжёлый, поперёк пути Я неподвижно встал. Щемящая стальная грусть, Проникшая везде. Не страшен мне зловещий хруст Ломаемых костей. Меня сгибают, режут, мнут, Не изменясь в лице, Стою, стою года минут Невозмутимо цел. Колёса плачут, страшен рыд Рыдающих колёс! «Уйди с дороги!» – говорит Грохочущий колосс. Я рад уйти, но не уйду: Мне некуда идти. Стою в тоске железных дум Я поперёк пути. 15.04.1939г., Саратов Сумасшедший дом Я не вздрогну – картина знакома: Предо мною опять расцвели Корпуса сумасшедшего дома На холмах, словно чайки, белы. Частоколы опять, где стадами Неизбывное, точно по гроб, Бритолобое бродит страданье, То хохочет, то плачет взахлёб. Здесь Офелий и Гамлетов наших Обречённый, тоскующий мир. Леди Макбет под «яблочко» пляшет, Седовласый кривляется Лир. Эта драма не сходит со сцены. Пусть красуясь, как чайки, стоят. Загляни он за белые стены, Позавидует дантовский ад. Сам здесь фюрер кричит без умолку, Рядом яростно чешет висок Наш Иосиф, считающий, сколько Он прекрасных голов пересёк. Высоко меня, жизнь, подняла ты. В чёрный день содрогающих мук Водворяюсь я в эти палаты, Череды алкоголиков внук. Ко всему привыкаю опять я, Перешедший и эту межу. В гнойники рокового проклятья Равнодушнее трупа гляжу. А внизу непоседливый, шумный, Утопающий в море огней, Бьется город, такой же безумный, Или, может быть, даже больней. 05.09.09.1962г., Саратов * * Из омута черного выплыв, Спасенный не знаю зачем, Дрожу среди пьяниц и хриплых Моих сумасшедших поэм. Крикливы они и развязны, Как та обреченная голь, Что прячет под струпья и язвы Души несусветную боль. И лучше от друга, от брата Грязищи любой не тая, Хранить тебя, в сердце упрятав, Чистейшая мука моя... 1963