Годами когда-нибудь в зале концертной Мне Брамса сыграют,- тоской изайдУ. Я вздрогну, и вспомню союз шестисЕрдый, Прогулки, купанье и клумбу в саду. Художницы робкой, как сон, крутолОбость, С беззлОбной улыбкой, улыбкой взахлёб, Улыбкой, огромной и светлой, как глобус, Художницы облик, улыбку и лоб. Мне Брамса сыграют,- я вздрогну, я сдамся, Я вспомню покупку припасов и круп, Ступеньки террасы и комнат убрАнство, И брата, и сына, и клумбу, и дуб. Художница пачкала красками траву, Роняла палитру, совала в халат Набор рисовальный и пачки отравы, Что «БАсмой» зовУтся и астму сулЯт. Мне Брамса сыграют,- я сдамся, я вспомню Упрямую зАросль, и кровлю, и вход, Балкон полутёмный и комнат питомник, Улыбку, и облик, и брови, и рот. И сразу же буду слезами увлАжен И вымокну раньше, чем вЫплачусь я. ГорЮчая дАвность ударит из скважин, ОкОлицы, лица, друзья и семья. И станут кружком на лужке интермЕццо, Руками, как дерево, песнь охватив, Как тени, вертеться четыре семейства Под чистый, как детство, немецкий мотив. Someday, in a concert hall, Brahms will be played for me — and I’ll be consumed by melancholy. I’ll shudder and remember the six‑pointed union, The walks, the bathing, and the flower bed in the garden. The artist’s timidity, like a dream, the sharpness of her brow, With a harmless smile, a gushing smile, A smile that’s huge and bright, like a globe — The artist’s appearance, her smile, and her brow. They’ll play Brahms for me — I’ll flinch, I’ll give in, I’ll remember buying supplies and grains, The terrace steps and the room’s tidiness, And my brother, and my son, and the flower bed, and the oak. The artist stained the grass with paints, Dropped the palette, stuffed into her robe Her drawing kit and packs of poison, What’s called “basma” and is said to cause asthma. They’ll play Brahms for me — I’ll give in, I’ll remember The stubborn thicket, and the roof, and the entrance, The half‑dark balcony and the nursery of rooms, The smile, and the appearance, and the eyebrows, and the mouth. And right away I’ll be captivated by tears, And I’ll get soaked before I even start to cry. The burning ancient power will burst forth from the wells, The streets, the faces, the friends and the family. And they will form a circle on the meadow during the intermezzo, With arms like a tree, embracing the song, Like shadows, four families will whirl To the pure, as de